Анастасия Старцева стала главным режиссером Омского ТЮЗа в январе 2022 года. С тех пор она поставила в этом театре 14 спектаклей, начала приглашать на постановки молодых режиссеров, театр стал активно ездить по фестивалям, получать награды и выдвинулся в ряды самых заметных не только в Сибири, но и во всей России. Ольге Коробовой Анастасия рассказала о том, что ждет Омский ТЮЗ в 89-м сезоне, как меняется репертуар и труппа и почему споры зрителей после спектакля так важны для режиссера.

Недоросль: Давайте начнем с самого горячего. Ваша саунд-драма «22 июня…» прошла предварительный отбор на «Золотую маску». Какая была реакция? Вы ожидали такого признания?

Старцева: Знаете, когда ты ставишь спектакль, ты же не делаешь его для «Золотой маски». Если ставить такую цель – ничего не получится. Как только говоришь «я создал шедевр», можно уходить из профессии. Реакция была: здорово, что эксперты, смотря видеозаписи, говорят, что это необычно, интересно. Приятно, конечно, и хочется творить дальше.

Когда ты создаёшь спектакль и он становится событием, ты получаешь от него творческий посыл, энергию. Артиста восполняют овации после спектакля, а постановочная группа (режиссёр, хореограф, художник) этого не испытывают, они же не выходят каждый раз на поклон, они сдали спектакль и уже не видны, на второй план отходят, главным становится артист.

Поэтому постановочная группа получает удовольствие именно от процесса. Вот летишь ты в самолете, в наушниках – музыка для будущего спектакля, а вокруг – жизнь: кто-то говорит, дети плачут. И ловишь себя на мысли: «Боже, как же это здорово! Это надо использовать». Внутри всё бурлит, немедленно скидываешь идею композитору, на репетициях пробуешь – и вот оно, рождается!

Помните стихотворение Роберта Рождественского о том, как оживает камень? Он поначалу не хочет дышать, а потом начинает жизнь. И когда скульптура уже создана, человек стоит и курит около окна. Вот примерно также и здесь. Когда спектакль уже выпущен – ты как скульптор, который отходит от готовой статуи и закуривает. Процесс завершён. Именно он и интересен.

Возвращаясь к оценке – не только этого спектакля, а вообще всей нашей работы – я режиссёр, который очень прислушивается к тому, что говорят критики. Мы каждый год приглашаем их к себе, чтобы узнать: в ту сторону идём или заблудились? Очень приятно, что в прошлом сезоне критики нам сказали: «Вы выросли, вы такие молодцы».

Недоросль: Экспертная оценка – это важно. Но не менее важна внутренняя. Что лично вы назовете главной удачей прошлого сезона?

Старцева: А что считать удачей? Зрительский успех – это одно. Кассовый спектакль – тоже удача, но другая. Фестивальный – третья. А есть удача, когда ты как главный режиссер видишь, как раскрылся артист.

Фестивальной удачей, конечно, можно назвать «22 июня…». Зрительской – сказку «Морской царь и Елена Премудрая»: полные залы, отличная новогодняя кампания. С точки зрения актерской – это «Холстомер». Мы открыли Евгения Сухотерина с новой, драматической стороны.

Или «Ромео и Джульетта» – у него узкая целевая аудитория, но он именно туда попадает. Наша взрослая аудитория его не вся принимает, но по голосованию зрителей «Ромео и Джульетта» был назван лучшим спектаклем вечернего репертуара прошлого сезона. И самое главное – артисты играют его с любовью. Вот это и есть удача.

Недоросль: Планка высока, и вы её берете. С кем будете работать в новом сезоне? Кого позвали в команду?

Старцева: Да, сезон формировали трудно: искали режиссёров, которые поставят разноплановые и интересные спектакли. Но договорились! К нам приедет Артём Устинов – очень яркий молодой режиссёр. Он будет ставить «Мелкого беса» по Сологубу – серьёзный, глубокий философский спектакль.

Также приедет Александр Циреня, выпускник Бутусова, он как раз сейчас ставит в «Сатириконе», а потом – к нам, с «Женитьбой» Гоголя. Так что уровень артистов должен быть соответствующим.

Гоголь у нас в этом году будет представлен в двух наименованиях – ещё «Мертвые души» выпускает Иван Меневцев.

И я, конечно, не останусь в стороне. Готовлю сюрпризы – такие, чтобы наши артисты могли раскрыться по-новому. К нам, кстати, пришёл новый артист – Ян Новиков, 10 лет проработавший в Северном театре Тары. Будем делать моноспектакль. Надеюсь, получится что-то сильное.

Недоросль: Давайте поговорим про актёров. Нужна ли театру «свежая кровь»? И какие артисты вам нужны – универсалы или с чёткой типологией: герой, злодей, Снегурочка?

Старцева: Омский ТЮЗ, как все помнят, блистал в 60-70-е. Тогда сформировали ту самую «касту» – золотой фонд театра. Моя сверхзадача, даже миссия – создать такой же фонд для будущего. Чтобы следующий режиссёр получил мощную «колоду карт», с которой можно сыграть любую партию.

Это трудно. Нужно найти не просто артистов, а личности с мощным стержнем. Чтобы они ужились, прижились, полюбили Омск. В этом году я объездила Иркутск, Новосибирск, Екатеринбург, была на «Тавриде» – искала лучших выпускников. Несколько человек к нам уже приехали. Надеюсь, задержатся. Работа продолжается.

Что касается универсальности актёра… Существует несколько теорий. Ну я ученик Щукинской школы, ученик Борисова, и он нам всегда говорил: «Если у вас несколько культовых пьес, к примеру, таких, как «Ромео и Джульетта», «Гроза», «Горе от ума», «Мещанин во дворянстве» или «Тартюф» расходятся на вашу труппу – вы собрали то, что нужно. Если вы понимаете, что у вас нет Чацкого, Гамлета – значит, надо искать».

Поэтому я как приверженец классических правил стараюсь, чтобы любой мировой репертуар расходился на наших ребят. И я выступаю за фактуру, так как фактура помогает создать образ.

Очень многие мастера набирают универсального артиста, который может сыграть абсолютно всё. Ничего подобного. Как только режиссёр ставит что-то в противовес нашему зрительскому восприятию, и мы видим, что это не Золушка, надо очень постараться, чтобы в это поверили.

Недоросль: Каким должен быть репертуар ТЮЗа в принципе и именно омского?

Старцева: Есть мнение, что в ТЮЗе обязаны идти «Колобок» и «Теремок» в классических декорациях. По-моему, когда ребёнок приходит смотреть на две ширмы и занавеску, его фантазию ограничивают. А когда театр дает возможность спросить: «Мам, а почему у Шамаханской царицы глаза везде?» – он становится другим. В этом и есть его эстетическая функция.

Мы идём в сторону именно такого театра – где ребёнку дано поле для фантазии. А если уж берем классику, то стараемся преподнести так, чтобы он мог стать соучастником.

Недоросль: Анастасия, дети сейчас в принципе не читающие. Их чем-то литературным заинтересовать крайне сложно. Как вы это делаете?

Старцева: Если взвалить все на театр – ничего не выйдет. Нужна совместная работа с педагогами, родителями, кинематографом, издательствами. Мы идем в этом направлении. Вот у нас идет «Преступление и наказание». Я после спектакля выхожу в коридор и слышу, как старшеклассники спорят – по книжке это или нет. Значит, театр побуждает к чтению! Но один театр с такой задачей не справится. В России в театр ходит 3-4% населения. Нужны комплексные меры.

Недоросль: Если вы, выйдя в коридор, услышите не восторг, а резкую критику, вас это тоже обрадует?

Старцева: Конечно! Хороший спектакль – это когда 50% говорят «гениально», а другие 50% – «ужасно». Если человек говорит: «Я не признаю ваш театр!» – мы до него достучались, его эмоцию задели. Пройдёт время, он, может, передумает. Если такой диалог будет – это здорово. Мы согласны спорить, доказывать, а в конце обняться и сказать: «Приходите на другой спектакль, вам точно понравится».

Недоросль: Должны ли быть в ТЮЗе спектакли не только для детей, но и для их родителей?

Старцева: Обязательно. Артист ТЮЗа не может играть только поросёнка или бабочку. Даже если он сыграет Ромео в каком-то молодёжном исполнении, он должен расти. Ему нужно сыграть короля Лира, Гамлета, Чацкого, и этот материал обязательно будет.

А ещё театр юного зрителя в любом городе отвечает за современное течение жизни, и спектакли подаются именно под этим соусом. Здесь есть место и эксперименту, и классике, и какому-то их синтезу.

Мы очень любим нашу молодую аудиторию и открыты для неё. Они присылают сообщения в соцсетях, устраивают обсуждения; иной раз это происходит прямо на крыльце театра после спектакля. Благодаря такой заинтересованности в театре создаётся некое неофициальное поле притяжения вокруг ТЮЗа, и хочется уделить им внимание в репертуаре для того, чтобы не потерять, «заразить» их театром.

У меня есть мечта сделать бэби-театр, чтобы первый поход в театр был прямо с грудничками. Пока нет такой возможности, но очень важно, чтобы театр юного зрителя охватывал эту аудиторию. Потому что с этого и начинается воспитание зрителя для театра.

Недоросль: Чем Омский ТЮЗ живет сейчас? В какую сторону движется?

Старцева: Мы возрождаем традиции. Первое – то самое, о чём уже говорила – создание золотого фонда. Второе – мне нравится подход Дворжецкого, который выпускал по 11-13 спектаклей в сезон. Сейчас мы делаем 7-8 – это тяжело для цехов, но для артиста прекрасно. Когда откроем новое здание с двумя сценами, их нужно будет заполнять.

Вернули хореографические тренажи – поддерживаем физическую форму артистов. Была школа театральных журналистов – хотим сделать школу театрального блогера. Подали на грант, чтобы в 2026-м, уже в новом здании, возродить фестиваль «Жар-птица». И главное – мы теперь команда. Все в одной лодке.

Недоросль: И главное событие, которого все ждут – чем планируете встретить 15 декабря – день открытия обновленного здания?

Старцева: Планируем «Королевство кривых зеркал». Долго выбирали: это же предощущение Нового года, нужна феерия! Остановились на этой сказке, потому что она идеально ложится в наш вектор – театр, который дает почву для воображения. Мы попытаемся сделать её вне времени, чтобы история была доступна всем. И нам это поможет продемонстрировать все технические возможности нового ТЮЗа. Будем просто создавать хорошую фантазийную сказку.

Омский ТЮЗ сегодня – это не просто театр. Это бурлящий котёл, в котором смешались амбиции, таланты, традиции и мечты. И кажется, что этот сибирский «вулкан» готов извергнуться таким количеством премьер, событий и эмоций, что единственный способ его пережить – быть там. В Омске. В новом-старом ТЮЗе.

Беседу вела Ольга Коробова

Источник https://nedorosl.com/tpost/y8tiprab91-anastasiya-startseva-kak-razzhech-teatra